Главная | Пресс-центр | Публикации в СМИ | Приживется ли Work-Life Balance в российском банке?
Публикации в СМИ

Приживется ли Work-Life Balance в российском банке?

Желание сравнить, кто более эффективен — банкир-трудоголик или разносторонний руководитель, не убивающийся на работе, зрела в «БО» давно.

Но в разгар кризиса все стали убеждать друг друга: сейчас именно трудоголики выходят на первую линию обороны, а остальные вообще рискуют остаться безработными. Оказалось — не совсем так. Именно умение балансировать может стать решающим в критические моменты. И поможет не только выстоять, но и победить.

В большинстве западных компаний (за исключением тех, что являются общепризнанными «соковыжималками») давно задумались: как привнести в трудную судьбу своих сотрудников хоть какой-то баланс между работой и личной жизнью? У нас если кто и задумывается, то реальных действий пока не предпринимает. Яркий пример — русскоязычный Интернет, в котором о модной концепции Work-Life Balance информации практически никакой. А «у них» не только клубы, сайты и сообщества — во многих публикуемых вакансиях упоминают соблюдение Work-Life Balance не реже, чем в России пресловутый соцпакет.

Зато у нас ширятся ряды дауншифтеров и просто упорных карьеристов в один момент почему-то отказывающихся от заветных высоких должностей. А между тем таких крайностей избежать несложно. Тем более что сбалансировать — это не значит забрать чуть-чуть времени у работы и отдать его семье и увлечениям. Work-Life Balance — это когда насыщенная жизнь дает реальную энергию для хорошей работы.

Образ хорошего сотрудника

«Если для человека семья или личные интересы не являются одной из важных составляющих его жизненного пути, то он всячески будет ссылаться на занятость и недостаток времени. Будет много говорить, насколько важна его работа, которая позволяет ему безбедно жить, что все, что он делает, — ради семьи и т. д., — рассуждает о причинах перекосов в сторону карьеры Юлия Винча, управляющий партнер департамента «Финанс» кадрового агентства Юнити. — Но работа не может помешать уделять время близким людям, если действительно они важны».

В отдельных случаях это, конечно, так, но еще больше вариантов, когда сотрудники со своими правильными представлениями о разумном распределении времени натыкаются на глухую стену корпоративных доводов типа: «Ты нужен корпорации!» Слишком многое зависит от того, что в банке понимается под образом хорошего сотрудника: в одном коллективе на человека смотрят косо, если он ушел вовремя, в другом — если задержался.

«Я проводил много тренингов по тайм-менеджменту, во время которых банкиры успешно овладевали инструментами, позволяющими грамотно распределять свое время между домом и работой, больше успевать, не задерживаться, — рассказывает Федор Коноров, один из основателей российского сообщества Work-Life Balance, менеджер компании Ars Vitae. — Но в итоге все это ни к чему не приводило: люди усваивали навыки, успевали закончить все дела еще в пять, но встать и уйти по окончании официального рабочего дня они не могли — так не принято. Ведь воплощающие идеальный образ сотрудника, вечно замученные коллеги такого не простили бы. В итоге человеку приходится брать завтрашнюю работу, делать ее до девяти и в десять ехать домой. Здесь, конечно, многое зависит от управленца, его принципов, понимания и транслирования, что такое хорошо, как и сколько нужно работать».

А есть другие организации, где к человеку, который вчера задержался, на следующий день подходит менеджер и спрашивает, что у него случилось, какие у него сложности. То есть его не признают лучшим сотрудником года, а считают, что он не справляется. Часто второй сценарий характерен для иностранных банков, где считают, что если не успел сделать все в рабочее время, то либо ты не на своем месте, либо у тебя очень много обязанностей и надо их делить. Персонал должен отдыхать и восстанавливать свои силы, чтобы быть успешным. У наших банков чаще подход следующий: много работает, значит, старается, значит, для него работа очень важна, значит, он более профессионален, чем тот, кто уходит с работы раньше.

Но почему, отчего и кем доказано, что работать с девяти утра до десяти вечера — это хороший тон? Почему иной руководитель, у которого нет личной жизни, проецирует свои принципы организации труда на подчиненных, которые из-за этого вполне могут лишиться чего-то важного в своей жизни? Ведь то, что хорошо для «топа», может быть смертью для линейного менеджера или другого руководителя.

Конечно, большинство достигших успеха руководителей — это люди амбициозные, ориентированы на карьеру и успех, готовые уделять работе все свое время. И они начинают навязывать эту политику своим сотрудникам, ждут от них того же самого, не понимая, что люди разные, а при грамотной организации работы можно достичь тех же результатов, работая не одиннадцать, а восемь и даже шесть часов. Можно заставить десять малоорганизованных людей работать по десять часов, а можно пять хорошо организованных — по восемь часов — результат будет тот же или даже лучше.

Сейчас, в кризисный момент, вопросы эффективности персонала выходят на первый план. В ближайшее время будут востребованы именно максимально эффективные и больше всего успевающие за единицу времени сотрудники. Любой, даже самый ярый сторонник «быть дома в семь» понимает, что есть по-настоящему авральные и серьезные моменты, когда нужно напрячься. Вопрос только в том, чтобы это не стало образом жизни для него и нормой для работодателя.

Во всем виноваты инвестбанкиры

Безусловно, устраивать среди банкиров «уравниловку» было бы как минимум неправильным, ведь в каждом банке, управлении, отделе и даже кабинете свои принципы. По мнению экспертов «Юнити», как раз в банковском формализованном и структурированном бизнесе многие работают без особых задержек в офисе. Исключением являются почти все руководители, которым в конце рабочего дня часто приходится оставаться для подведения итогов и планирования следующего дня. Также нельзя забывать про мелкие банки, где функционал на одном сотруднике довольно обширен, а руководство экономит на штате, тогда специалисты задерживаются по банальной причине: они действительно не успевают сделать все в течение стандартного рабочего дня.

Общеизвестен ненормированный рабочий график специалистов инвестиционно-банковской сферы, особенно зарабатывающих подразделений: инвестиционные аналитики, трейдеры. Отчасти это сопряжено с проектным характером работы и графиком работы международных финансовых рынков. «По словам многих сотрудников, именно в инвестиционных банках зародилось такое понятие, как «face time» — это приемлемое время ухода с работы, способствующее построению карьеры, — говорит Ольга Авраменко, руководитель отдела «Banking & Financial Services» кадрового агентства «Анкор». — Факт возникновения данного термина сам по себе свидетельствует о потенциальной готовности сотрудников инвестиционной сферы работать на протяжении долгих рабочих часов. Более того, face time представлен несколькими видами, а именно «когда есть работа» и «когда ее нет». Пожалуй, именно система работы инвестиционных банков, использования сотрудниками рабочего времени, а также льготы (например, ужин и такси за счет компании, положенные специалистам после 20:00–22:00) сформировали новую культуру и идеальное представление о банковском персонале как о вечных энерджайзерах. А вот в розничных или корпоративных банках график успешных сотрудников часто ограничивается 45 рабочими часами в неделю».

И все же — быть успешным на банковском рынке может только трудоголик и «человек-батарейка», способный работать по 60–80 часов в неделю, или приверженцы восьмичасового рабочего дня тоже могут рассчитывать на успех? Специалисты, конечно, делают официальные заявления: успешным будет прежде всего «эффективный» сотрудник, успевающий выполнять поставленные перед ним задачи в необходимые сроки. Только почему-то у многих из «успешных и эффективных» через несколько лет вечно красные глаза и явное сужение кругозора по небанковской тематике.

«Банковская система — это «соковыжималка», люди в банках работают по 10–12 часов, и это считается нормальным. Хочешь иметь достаток и успех — нужно много вложить, чтобы получить что-то на выходе, — утверждает Елена Попова, руководитель отдела «Банки и инвестиции» кадрового агентства Apriori. — Я знаю одного банкира, который работает практически по 24 часа в сутки, он находится на рабочем месте практически всегда, в выходные, после десяти вечера, когда все уже покинули свои рабочие места. Это человек, который живет работой, это смысл его жизни. Как правило, у таких людей нет семей или они находятся в других городах и даже странах, ведь многие топ-менеджеры стараются не афишировать родных, так спокойнее. А есть люди, у которых все в порядке с тайм-менеджментом, они работают по восемь часов и достигают, а вернее достигали, отличных результатов, выполняя самые завышенные планы. Говорю «достигали», потому что сейчас кризис и годовые бонусы будут урезаны в любом случае. Но в целом к «золотой середине» хотят прийти все».

Может быть, поэтому большинство представителей кадровых агентств говорят об участившихся на интервью вопросах о переработках. При выборе места работы для все большего числа кандидатов определяющим фактором становится именно наличие перегрузок. Правильно расставлять приоритеты, более рационально использовать свое рабочее время люди все чаще стараются с возрастом. «Еще большее значение играет общественно-политическая ситуация, в которой люди росли и развивались, — говорит Федор Коноров (Ars Vitae). — Сейчас 30-летние, которые в сознательном возрасте попали в негативную ситуацию в стране, воспринимают карьеру очень серьезно и крепко держатся за места. У людей в возрасте 20–25 лет все несколько проще. Они чаще выбирают фриланс или деятельность, изначально предполагающую гибкий график, у них нет тревоги, что они не в компании».

Выходной за заслуги

Абстрактное стремление к балансу не решает проблем дисбаланса конкретного, поэтому здесь нужны четкие меры, предпринимаемые не только самими сотрудниками, но и банком.

«Есть замечательная компания, правда, не относящаяся к банковскому рынку, в которой можно в любое время расслабиться и выпить натуральный кофе или чай, есть зал на верхнем этаже, где можно заниматься йогой после работы, есть полная медстраховка, включающая лечение онкологии, всевозможные корпоративные мероприятия, обучение за счет компании, когда после ухода обратно деньги за обучение возмещать не просят», — такие волшебные картинки рисуют специалисты Apriori.

В конце концов можно и к организации банального корпоративного банкета подойти по-разному. «Бывают случаи, когда замученных сотрудников вывозят за город, где они пьют много алкоголя и делают такой своеобразный «выдох», но ничего не получают взамен. А можно на два-три дня вывезти за город сотрудников вместе с семьями, там они поучатся, отдохнут, повеселятся, и эффект от этого будет совсем другой. Наша практика показала, что такие мероприятия воспринимаются сотрудниками очень хорошо, потому что сама организация праздника подразумевает то, что у них есть что-то помимо работы. Конечно, такой отдых скорее организуют для «топов», чем для клерков, но важен сам подход».

Кстати о «топах»: именно они имеют хоть какие-то возможности для установки индивидуального графика, но пользуются этим далеко не все. А можно бы… Один из представителей верхушки Росбанка хвалился глянцевому журналу, что ударно работает в Москве три недели, а одну неделю каждого месяца проводит где-нибудь на отдыхе. Чем не вариант? Другие позволяют себе появляться в офисе только в случае крайней необходимости, но при этом 100% готовы к тому, чтобы в любой момент приступить к делу. Но и таких случаев единицы. На более низком уровне свободы еще меньше, потому что всегда есть руководство, которое задает график. Предел мечтаний многих — свободный график или ежедневная работа до результата: сделал, ушел. И есть немало организаций, где это работает. Ряд банков уже сегодня начинает предлагать плавающий график: 8–17, или 9–18, или же 10–19, пытаясь учитывать интересы своих работников. Кто-то пытается организовывать мини-детские сады и поликлиники на работе, консьерж-службу, которая помогает решать бытовые вопросы сотрудников, причем не только большого босса, но и всех остальных.

«Во многих банках вводят систему KPI*, она позволяет отслеживать, сколько человек успевает за определенный период времени, и я думаю, что в зависимости от этих показателей эффективности человеку можно не только премию назначать, но и, к примеру, дать выходной за заслуги, — предлагает Федор Коноров (Ars Vitae). — Есть такое понятие «банк свободного времени», когда поощрение выдается не в форме денег и наградных листов, а в форме выходных. Или еще одно рационализаторское предложение: можно всем постоянно задерживающимся предложить меньшую нагрузку и, соответственно, некоторое снижение оплаты — думаю, многие согласятся. Иногда лучше всего помогают банальные тренинги по управлению временем, разъяснительная работа по Work-Life Balance, но руководители, отвечающие за изменения и преобразования в банках, пока совсем не уделяют внимания этой сфере. Не знаю, что такое страшное должно произойти, чтобы что-то поменялось, но позволю себе сравнение с ситуацией пятилетней давности. Мы тогда активно продвигали тренинги по нематериальной мотивации сотрудников, и все над этим посмеивались, а сегодня это стало нормой и очень актуально. Думаю, что через четыре-пять лет что-то подобное произойдет и с балансом. Принцип: «Пусть поработает 24 часа в сутки, а потом возьмем другого» перестанет быть главенствующим, потому что взять этого другого будет негде. И даже если кризисный период скорректирует ситуацию, затем все вернется на свои места, и исключительно денежная мотивация при нереальных нагрузках мало кого устроит».

8 часов — не панацея, но оптимальный вариант

Но сможет ли вообще развиваться и успешно работать банковское сообщество, если в нем вдруг не останется трудоголиков, а все будут работать, к примеру, не больше восьми часов? Некоторые специалисты рисуют мрачные картины: «В случае категорической неготовности работников задерживаться можно прогнозировать снижение предоставляемого уровня сервиса, роста неудовлетворенности клиентов, которым необходимо выполнение задач в строго определенные сроки», — уверена Ольга Авраменко («Анкор»).

А вот Юлия Винча («Юнити») считает, что банки с очень редкими переработками есть и работают они вполне успешно, этим доказывая, что и другие могут так же. Четко спланированный, ограниченный жесткими рамками рабочий день означает лишь то, что все процессы в банке поставлены правильно.

Но это вовсе не означает, что главный принцип Work-Life Balance — восемь часов отработал, потом хорошо отдохнул. Как раз временные рамки могут быть разными, просто восьмичасовой график — это исторически более или менее мудрая схема, которая оптимально применима к разным видам бизнеса и хоть как-то переносима нормальным человеческим организмом. Нормальным, а не выпивающим в день девять чашек кофе, четыре банки Red Bull и далее в аптечные и другие дебри. Злоупотребление стимуляторами, хоть и редко афишируется, но часто обсуждается в банковском сообществе. А на многих конференциях и круглых столах баночки с энергетиками в перерывах — признак хорошей организации мероприятия. Чтобы участники не засыпали во время докладов коллег по цеху.

На самом деле понятно, что свое дело можно делать хорошо и качественно за восемь, и за двенадцать, и за шесть часов — все зависит от самоорганизации человека. В тех же скандинавских банках с приятной атмосферой и уютным интерьером работают спокойно (и порой даже меньше 8 часов) — и ничего: вполне успешны, эффективны и зарабатывают неплохо. Но в России скорее прижилась американская модель с ее стремлением делать все быстро, много и «вчера».

Сбалансируй, чтобы не стать дауншифтером

А нужен ли вообще этот самый баланс или все-таки человек успешный в карьере должен смириться с тем, что семье, личной жизни, интересам будет отводиться лишь маленький кусочек драгоценного времени?

Нужен, еще как нужен, и особенно нужен карьеристам — утверждают эксперты. Ведь самая частая причина выгорания и дауншифтинга в том, что люди ставят профессиональные цели, которые никак не связаны с их личной жизнью, или в этой личной жизни свои цели отсутствуют вообще. Негативные последствия для «подсевших на карьеру» — это не только подорванное здоровье, психика и многочисленные зависимости. В конечном счете отсутствие нормальной жизни негативно сказывается на этой самой карьере, ради которой жизнь была покорно принесена в жертву. Просто человеку, который почти ничего в жизни не видит, который замкнулся в мирке своих должностных обязанностей, неоткуда брать творческие силы, энергию и оригинальные идеи. Отдавая работе всего себя и получая взамен только деньги, пусть и большие, человек становится участником неравноценного обмена — отсюда частые разговоры про пустоту у многих руководителей. Но никто не призывает бросать работу и переводиться на полставки — можно просто попытаться немного изменить подход к работе изнутри и снаружи. Work-Life Balance — не синоним и друг дауншифтинга. Наоборот, стремление уделять внимание чему-то кроме карьеры идет на пользу в первую очередь этой самой карьере.

«Интересно то, что самые крупные и успешные «топы», близкие к олигархам, президенты очень крупных компаний — это как раз в основном люди, у которых с балансом все нормально, — утверждает Анна Моносова, директор по развитию компании Ars Vitae.

К примеру, один из них, зная, что со своим ребенком может общаться только с 8 до 10 вечера, к этому времени всегда приезжает домой. Он знает, что если задержится, потеряет кусок своей настоящей живой жизни. Такие люди спокойно и планомерно растут в карьере, несмотря ни на какие кризисы, у них есть тыл и другие интересы, а добиваются они многого скорее потому, что действительно более умные, быстрые и гибкие, больше других успевают. А вот люди, у которых явный перекос в сторону работы, в сложные моменты ломаются в первую очередь».

Специалисты считают, что именно нервные и всклокоченные трудоголики — основные жертвы кризисных моментов и синдрома дауншифтера. Средний менеджмент — вот самая задерганная и замученная категория, которая тянет лямку и из последних сил гоняет своих подчиненных по поводу «недоперевыполненного» плана. Конечно, кризис, форс-мажорные обстоятельства поменяют ситуацию, нагрузки будут расти, и кому-то придется работать за двоих. «Но руководитель не должен относиться к этому, как к должному, — продолжает Анна Моносова, — сотрудник должен понимать, что этот режим носит временный характер, а не является стандартным рабочим ритмом. Ему необходимо чувствовать отдачу, вознаграждение, материальное или какое-то иное. И, возможно, именно сейчас нематериальная стимуляция и стремление к балансу станут наиболее актуальными направлениями в банковском HR».

Поделиться в сетях:

Вы можете оставить свои данные в форме ниже, и наши специалисты обязательно свяжутся с Вами.